. Как делают мальчиков и девочек | Юлия Матвеева
Регистрация на подписку

Как делают мальчиков и девочек

 Как делают мальчиков 
 

Серия статей из сообщества —   http://baby-secret-net.livejournal.com/208111.html

Часть 1. 

Александр Гордон: 
— Ольга Иосифовна, мы сегодня будем говорить о тех проблемах, которые возникают у взрослых людей, в своем развитии задержавшихся на мужской или женской половине дома, при чем не на той, которая им предназначена. Грубо говоря, до какого-то возраста ребенок осознается и родителями, и собой как бесполое существо, а дальше, когда начинается половая дифференциация, важно угадать момент, когда мальчика нужно начинать воспитывать как мальчика, а девочку — как девочку. И тут, особенно в наш век неполных семей, возникают колоссальные проблемы, связанные с тем, что второго родителя нет или он настолько слаб, что не принимает участия в воспитании ребенка. 

Ольга Троицкая: 
— Навыки и способы общения мальчик усваивает в компании сверстников, а для этого он должен быть принят в этой компании как свой. Если он воспитывался на женской половине — он удобен в общении женщинам, но не сверстниками. Одногодками 
он будет восприниматься агрессивно, в лучшем случае — отчужденно. Ему будет сложно установить контакт с мальчиками своего возраста. У него будет вся информация фильтроваться через маму, бабушку, тетю, они будут рассказывать ему, как мужчина должен вести себя в этом мире, имея об этом собственное женское представление. У такого ребенка возникает очень сильное противоречие. Взаимоотношения мужчины и женщины — это вещи, которым не выучиваются по учебникам и по рассказам взрослым. Они набираются в непосредственном общении подростков, в то время когда они, что называется, «тусуются». Ну вот простой пример: я как-то шла по улице следом за тремя мальчишками-второклассниками и подслушала разговор. 
Один говорит: 
— И хорошо было, даже танцевали. 
Другой спрашивает абсолютно серьезно: 
— А ты с ней танцевал… а ты с ней целовался? 
— Да. 
— Как? 
Тяжелая затяжная пауза, затем: 
— Как-то… 
Третий мальчик в этой компании смотрит на них во все глаза, и понятно, что в этот момент он усваивает для себя, что, во-первых, с ней можно танцевать; если танцуешь, можно с ней даже поцеловаться и что в принципе это можно делать как-то, то есть технику, в общем, знать необязательно. 
И я, идя сзади, как семейный психолог подумала: ой как здорово, эти ребята потихонечку учатся общаться с женским полом, копят полные карманы опыта. 
Если этого нет? 
Ребенок должен прийти домой, зарыться в книжки, искать ответы в телевизоре или спросить у мамы: «А как мне с ней разговаривать?» Мама с женской половины — она очень хорошо знает, как надо разговаривать с девочками. Она учит: 
— Ну ты поговори с ней об уроках, скажи, что у нее кофточка хорошенькая. Ей будет приятно. 
Он подходит к девочке и говорит: 
— А ты уроки делаешь? Ой, а тебя кофточка красивая и воротничок есть. 
И неожиданно он оказывается среди девочек своего класса милой подружкой. Через какое-то время он, уже подросток, вдруг замечает, что у остальных мальчиков есть отношения, а он не мальчик для девочек- он приятель, друг, они рассказывают ему свои секреты, но на этой площадке у него нет возможностей. У него нет статуса мужчины. 

А. Г.: 
— Хорошо, я предлагаю все-таки обсудить причины этого. Ведь не ребенок этого хочет, он не виноват, что так получилось. А если мать растит одна, какой выход? Ребенок поневоле все время на женской половине. Как тут быть? 

О. Т.: 
— На самом деле, тут есть очень интересная вещь. Дело в том, что родители ведь не словами объясняют ребенку, что он должен делать и как себя вести. За словами всегда стоит то, что мы психологи называем — послание. Пример: многие матери, когда сыну 35-40 лет, и он никогда не был женат, с утра до вечера твердят: «Ты бы нашел хорошую девушку, ты бы женился, я так переживаю, что ты не женишься. Вот тогда бы я и умерла спокойно». 
Это слова. А если посмотреть послание: «Если у тебя все будет хорошо в супружеской жизни, я не нужна, я уйду. То есть, если я тебе нужна — не делай этого!» 
А дети всегда (сколько бы им ни было лет) слышат послание — не слова, а именно послание. Послания мы начинаем считывать с очень раннего детства. И это правильно для нас, потому что иначе мы бы не выжили. Мать говорит — надо ходить, надо есть, пей это лекарство, читай буквы! Душа ребенка открыта материнскому посланию, мы принимаем его без условий, как жизненную данность. Когда мы вырастаем, у нас все равно внутри остается открытое пространство для материнского послания, мы незащищены. По отношению к посланиям других людей мы можем быть в разной степени закрытыми — мы их можем обесценить, игнорировать, отстранять от себя. По отношению к материнскому посланию вот эта безусловность, это прямое попадание сохраняется. 
Семейное послание вообще очень сложная вещь. 
Очень часто мать сама не отдает себе отчета в том, что делает, в ее подсознании кроется очень сильный социальный контекст. Наша семья прошла очень страшную годину испытаний – 37-ой год, война, голод, разруха, мужчины уходили из семьи, и дети оставались на попечении женщин. Вернувший в семью мужчина воспринимался как чужеземец – человек, который пришел с каким-то свои тяжелым опытом и совершенно не включенный в это выживание, в конгломерат женщин и детей. И в это время послание к мужчине звучало так: ты иди работай, а детей мы сами как поднимали, так и поднимем. То есть мужчина воспринимался как отдельное от семьи существо, которое должно работать и кормить семью. Вот самое большее, что он может сделать, все остальное ему не по силам. Плюс к этому страх потери мужчины, который запечатлелся почти на генетическом уровне. Как только ты поверишь, что он живет с тобой и воспитывает детей и расслабишься, он встанет и уйдет — на войну, в лагерь, к другой. Ему нельзя доверять, страшно. На мужской половине страшно. Значит, где рожденный мною мужчина будет в безопасности? На женской половине – там, где бабушки и мамы. Он наш. Вот пока он наш – мы обеспечим ему безопасность. Перебежит на мужскую половину — у нас там руки коротки, страшно. 

А. Г.: 
— То есть, даже полная семья не гарантирует того, что ребенок будет воспитываться на правильной половине? 

О. Т.: 
— Бывает, что и в полной семье ребенок остается на женской половине. Бывает, что у одинокой матери ребенок остается на мужской половине. Все зависит от послания матери. Кто он для нее? Она растит мальчика для того, чтобы он вырос, влюбился, женился, завел своих детей и счастливо жил? Она вырастит мужчину. 
Одинокая мать, которая начинает из тревоги за сына, из опасения, что она не справится, потихоньку и подсознательно формировать из сына мужчину и защитника для себя — скрытую фигуру мужа — она даже и говорит так: «У меня есть мужчина, ну посмотрите, он какой — и руку подаст, и поможет, и когда я вечером плачу, подойдет утешит, посоветует». То есть в этот момент она очень четко говорит сыну — ты взрослый мужчина для меня. 

А. Г.: 
— Это такой элемент психологического инцеста, когда ребенка воспринимают как защитника, как мужчину? 

О. Т.: 
— Да, как мужчину определяющего и ответственного. У ребенка на эту ответственность силенок нет. Взрослая ответственность к нам приходит в 21 год, и то со скрипом. По мнению специалистов, только в это время завершается формирование левополушарных навыков, только в это время мозговые ткани окончательно становятся на свои места, и мы можем отвечать за свои поступки целиком. Взрослая ответственность за взрослую женщину на плечах маленького ребенка полностью забирает у него всю меру отпущенной ему ответственности, и во внешнем мире он вынужден оставаться ребенком. 

А. Г.: 
— Мы обязательно проследим судьбу таких выросших мальчиков во внешнем мире и в будущей семье в следующий раз. Там нас ждет много интересного и узнаваемого. Но прежде я хотел бы узнать, насколько женщина, будучи предупрежденной вот хоть нашим разговором, но не будучи сильно образованной или мудрой в бытовом смысле, может скорректировать это свое материнское послание. 
О.Т.: 
— Может. И на самом деле очень простым способом. Она должна произнести вот эту знаменитую американскую формулу: «Это мои проблемы. Это не твои проблемы. Ты ребенок, а я взрослая». Вот в том момент, когда в отношениях матери и сына появляется взрослая женщина, которая знает что делает, а если не знает, то найдет способ узнать, а сын возвращается в состояние ребенка, который не может изменить ничего в жизни взрослого человека (это не его ответственность) — вот в этот момент все становится на свои места. 


Часть 1 — http://baby-secret-net.livejournal.com/208111.html
Часть 2 — http://baby-secret-net.livejournal.com/208156.html

 

Как делают девочек

 

Часть 1.  

Александр Гордон:

— Ольга Иосифовна, сегодня будем говорить о девочках. В первой части мы говорили о мальчиках, воспитанных «на женской половине», теперь черед девочек , воспитанных на «мужской половине» — папины дочки. Но это, наверное, гораздо более редкий случай?

Ольга Троицкая:

— На самом деле, это достаточно частый случай в нашей действительности. Мы же говорим не о факте: девочка живет без матери с отцом, а мы говорим о движении души этой девочки. Очень часто в семье, где мама постоянно «опускает» отца — как это делают наши российские женщины, я думаю, большинству людей объяснять не надо, достаточно знакомая вещь. Ну, вот простой пример, недавний. Ко мне пришла женщина на прием, мы с ней составляем ее генограмму (то есть историю ее рода), и она говорит: «Вы знаете, отец у нас был никакой. Вот он придет с работы, сядет на лавочку и сидит. Всем заправляла мама, вся семья держалась на ней». А я спрашиваю ее: «Чем занимался ваш отец, у него не было образования, он  дворником работал?» — «Нет, что вы, он был директором оборонного завода, его там все боялись и уважали!»

А. Г.:

— Какая же у вас, женщин, все-таки сила. Можете превратить директора оборонного завода в никого.

О.Т.:

— Да, дома он был никто. Но мы сейчас не о нем, а его дочери.

 

В таких случаях, у ребенка очень сильное движение души поддержать слабого. И очень часто рядом с таким слабым отцом появляется дочь, внутренне убежденная, что она может ему помочь и что она лучшая женщина для него, чем мать. Психологически. Она его лучше поддержит, она его любит, она его жалеет, она о нем заботится. Все. Девочка делает шаг на мужскую половину. Появляется «вторая жена» в семье. Она отца кормит, когда тот приходит с работы, разговаривает с ним, когда он не в настроении, во время скандала отца с матерью говорит: «Мама, ты уйди, я сама с папой посижу, поговорю, успокою». Это так называемая «папина дочка», место мужчины в ее душе уже занято.  У нее есть мужчина. Это отец. На самом деле сделать для него она ничего не может, потому что конфликт-то между двумя взрослыми. Такая девочка вырастает не соединенная с миром матери, с женским миром. Оттуда она не берет.

А. Г.:

— Оттуда она не берет, и здесь она получить не может.

О. Т.:

— И здесь по-настоящему получить не может, конечно. И когда она вырастает, мужчина для нее в браке — или «сын», или «отец». Сделать мужчину равноправным партнером она не может, партнер у нее есть — это папа. Все время идет сравнение. «Вот папа меня по-настоящему любил. И понимал по-настоящему!» Спрашиваешь у нее — что такое «по-настоящему?». Она отвечает: «Ну…э то значит — всегда и при любых обстоятельствах». Вот тут собака и зарыта. Отец может любить дочь всегда и при любых обстоятельствах. Равноправные партнера друг друга «всегда» любить не обязаны. В этом разница между папой и мужем, мужчиной. Мужчина любит до тех пор, пока любит. Любовь может кончиться. Партнер не обязан понимать тебя, когда ему с тобой плохо. Он живой человек, который должен заботиться о себе. И попытка выколотить из него вот эту фигуру «отца всепонимающего, всепрощающего, всегда любящего» — бессмысленное занятие. «Папина дочка» очень часто несчастна. Опять-таки «папенькина дочка» и «папина дочка» — разные вещи. «Папенькина дочка» балованная, окруженная заботой отца, не знающая ни в чем отказа. Она все время слышит: «Ты у меня самая умная, самая красивая, ты для меня самая замечательная». Она действительно вырастает и кокетливой, и привлекательной, и при этом она очень инфантильна в отношениях с миром и с мужчинами. Вся взрослая ответственность истрачена на отца. В его глазах она всю жизнь стремиться быть лучшей, на остальных ее просто не хватает. Это «папенькина дочка». «Папина дочка» — это другое. Сверхответственна. За всех отвечает, в горящую избу войдет, всех контролирует.

А. Г.:

-То есть с неким мужским шаблоном поведения?

О. Т.:

— Да. «Вся семья на мне — я и скандалы отца с матерью разбирала, и отца утешала, и брату помогала, и мужа вот на ноги поставила».

А. Г.:

— Вы сейчас описываете просто вот мою тетю, один в один.

О. Т.:

— И у такой женщины глубокая убежденность в том, что только так и можно жить. Потому что «вот эти, которые слабые, которые… как их?.. женщины — да они не выживут. Да в наше время, с нашими мужиками выжить? Невозможно. Надо быть контролирующей, жесткой».

А. Г.:

— Раз уж я вспомнил свою тетю, хочу поделиться наблюдением. Поразительным образом семейное благополучие приводит такой тип женщин в полную фрустрацию. Они не понимают, что им делать дальше. Доходит до анекдота. Моя тетя, когда все родственники устроили свои жизни, проблем не стало, муж и тот вышел из подчинения и стал заниматься любимым делом, она утратила всякий интерес к жизни и впала в жесточайшую депрессию. И это длилось до тех пор, пока она не сломала ногу. Мучительно, больно, но вокруг нее опять сгруппировались люди, и она опять начала ими управлять и ожила. Нога ее мучила, а депрессию как рукой сняло.

О. Т.:

— Одна такая женщина сказала мне страшную вещь: «Когда все уходят из дома, дети, муж, я подхожу к зеркалу, и у меня такое чувство, что в зеркале никто не отражается. Я там никого не вижу. Я существую только тогда, когда я кому-нибудь нужна». Такой человек считает себя справедливым, добрым, помогающим,   он все время ждет, что окружающие придут и скажут: «Боже мой, какой ты замечательный, как много ты для нас делаешь, спасибо тебе большое, вот тебе ордена и медали». На самом деле, люди никогда не благодарят «ручку от мясорубки» — крутится и крутится. Когда ожидания благодетеля не оправдываются, у него появляется агрессия. Но он же считает себя добрым, он запрещает себе агрессию по отношению к окружающим И что происходит? Он оборачивает эту агрессию внутрь себя. Появляется аутоагрессия, саморазрушение. Женщина болеет, ломает ногу, болит сердце — eй плохо, но жизнь возвращается, т.к. вокруг нее опять сконсолидированы все вокруг, и она чувствует себя нужной. Это как раз то, что случилось с вашей тетей. И я вам больше скажу: и мои коллеги, и я сама сталкиваемся с этим в практике — это причина заболевания неизлечимыми болезнями. Онкологии, например. Для того чтобы такой человек выздоровел, надо чтобы он захотел быть здоровым. Без всяких условий. Без того, что от этого будет другим — легче им станет или не легче. Выздороветь для себя, а не для кого-то. По сути этот человек должен освободиться от роли «папиной дочки», которая в ответе за всех.

А. Г.:

— То есть получается, этот человек должен отказаться от опыта всей жизни.

О. Т.:

— Да.


Часть 3 — http://baby-secret-net.livejournal.com/209326.html
Часть 4 —  http://baby-secret-net.livejournal.com/209597.html
Часть 5 — http://baby-secret-net.livejournal.com/209665.html
 

 

 

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Поделитесь этой записью
1 комментарий к этой записиОтправить свой
  1. Тем, у кого дети растут, может оказаться полезным взгляд психолога на различие в воспитании мальчиков и девочек.

Оставить свой комментарий

Вы должны авторизоваться чтобы оставить комментарий.

Юлия Матвеева © 2018 Все права защищены

Integration

NataliyaKaStudio